«Большой репортаж» ТВК: «Возрождение из пепла»

3038

1 декабря 2017


В «Большом репортаже» Новостей ТВК о том, как сложилась судьба погорельцев из Канска, п. Стрелка и Хакасии.

Сегодня пострадавшим уже предоставили новое жилье, они обустраивают свой кров. Но самое главное здесь – моральное обустройство. Все погорельцы жили в своих домах, и за несколько минут эти дома сгорели.

Сейчас люди будут строить новую жизнь: с абсолютно чистого листа создавать то, что создавали много лет. 

От пожаров пострадали жители трех разных мест: Канск, п. Стрелка и п. Шира. У всех были абсолютно разные жизни, но у всех есть одинаковый эпизод, который навсегда их объединил. Все они побывали в огне и потеряли все, чем жили.

«Вот здесь у нас палисадник, цветочки были. Дальше заходим мы в ограду: вот здесь дровишки. Я любительница дров, у меня всегда было много. Дальше – налево летняя кухня у нас, там у нас банька была», – вспоминает жительница Канска.

Здесь был небольшой, уютный дом площадью 37 кв. м. Нина Владимировна на этом месте прожила всю свою жизнь – 54 года. Поэтому помнит каждый метр участка, где сажали цветы, куда складывали дрова. Так и хочется вновь подняться по ступенькам на веранду.

Сейчас и не скажешь, что на этом поле когда-то была ул. Инициативная, где все соседи жили дружно, по-семейному. И всей семьей потом пережили одно общее горе. Когда улицы Инициативной не стало. 

«Минут за 10 все сгорело. Ни пожарок, ничего не было. Я даже не видела, что кто-то горел. Вон идет тетя Таня, я говорю: "Теть Таня, вы что, горите?". Она говорит: "Я уже сгорела".

Я вообще никого не видела, мне кажется, горела одна я. Вот в такой суматохе. Не смотрела, кто горел, кто не горел.

До сих пор снится, кажется, дома спишь. когда мимо проезжаешь – все время плачешь. Как не тосковать, столько лет прожить», – делится жительница Канска Нина Кот.

По мнению жителей, этот стихийный пожар можно было предотвратить. Они несколько лет словно сидели на пороховой бочке. На лесопилке тлели производственные отходы. Сильный ветер разнес угольки по всей округе, и 76 домов сгорели дотла. Без крова остались около 200 человек.

«Полетело на сплавную контору. Через сплавную контору, через забор, загорелся барак. И с барака сюда, на наш дом. Ничего не успел. 15 минут и дома нет».

В своем доме Анатолий Пермяков прожил 35 лет. Был гараж, сарай, маленькая избушка с баней. В итоге, осталась одна яма. И много вопросов, например, как жить без сарая, без избушки с баней.

Все потому, что в новом доме такой частной инфраструктуры нет, и не будет. Дом – пятиэтажка на 60 квартир.

«Привык уже на земле жить. Я и все лето, как дом сгорел, все – в гостиницах, а я уехал на дачу. Там и света нет, но я все лето там жил», – рассказывает погорелец Анатолий Пермяков.

Так что сейчас и у Нины Владимировны, и у Анатолия начнется новая история, на новом месте. В обычном многоквартирном доме. Жизнь, к которой нам привыкать и не приходилось, но такая чужая и незнакомая для погорельцев Канска.

«Вот теперь дом наш. Мы здесь живем – скворечник. В этих клетушках сидим, заняться нечем. Ни снежок размести, ни воды принести, ни дровишек принести».

К новой истории придется долго привыкать, сживаться с условиями современной жизни: даже к тому, что вода теперь не из колонки, а из крана, к тому, что теперь картошку и капусту придется покупать, а не выращивать свою. Цветы – разве что на подоконнике, а не в личном палисаднике.

Но одно остается прежним – дружные соседи с ул. Инициативной – также все вместе, но уже в одном доме.

Кстати, этот дом словно ждал пожара. Его начали возводить несколько лет назад, но он быстро стал долгостроем. После трагедии пятый этаж быстро доделали и открыли двери людям.

В некоторых квартирах чувствуется, что дом долго был долгостроем. По стенам идет плесень, обои отклеиваются из-за сырости. В целом квартиры типовые, двухкомнатные.


В мае огонь продвинулся и севернее в п. Стрелка. Здесь пламя уничтожило 34 дома. Без крыши над головой остались 224 человека. Все лето они,  как и жители Канска, скитались по гостиницам, съемным квартирам, по домам родственников.

Все ждали 1 сентября, когда смогут переступить порог своего жилища. Такой срок строителям установил прежний губернатор Виктор Толоконский. Однако с таким сроком не справились.

41 индивидуальный дом на трех новых улицах – Единения, Согласия и Примирения – появился напротив пепелища только к концу октября.

Во дворах еще достаивают дровяники, натяжные потолки сверху наполнены пропущенной водой, перед зимой дома не просушены. Чтобы просушить – нужно топить, но в доме Евгения Ямщикова по ул. Согласия и это сделать очень трудно.

«С двух часов ночи воюю. Она реально не топится. Дым весь идет сюда почему-то. Я уже плитку включил, чтоб в доме тепло было».

Не такого, говорят жители, ждали после страшного майского дня. С одной стороны, дома построили – уже хорошо и «большое спасибо». Но после того, что случилось с родным кровом, хотелось хотя бы спокойно перезимовать. И стараться не думать о том, как привычно зимовали ровно год назад.

Пока новые дома родными и привычными жители назвать не торопятся.

Этой зимой привыкать придется снова. Топить незнакомые печки, застилать полы, утеплять окна, пропускающие холод. И даже сбивать лед с утеплителя крыши.

Для возрождения старых привычек на новом месте, нужно превратить дом в удобное место для жизни.

«Надо по максимуму устранить замечания людей, посмотреть, как эти дома себя поведут зимой, как люди в них перезимуют. Там есть гарантия подрядчика на срок 5 лет», – заявил полномочный представитель президента в Сибирском Федеральном округе Сергей Меняйло.

Еще важно, как дома поведут себя дальше, после зимы. Насколько дадут людям к ним привыкнуть навсегда. И насколько быстро люди под новыми крышами смогут абстрагироваться от майской трагедии.


В Хакасии сегодня практически  не осталось напоминаний того, что произошло два года назад. Когда во всей республике сгорело 1,3 тыс. домов, из них 400 в п. Шира.

Сейчас Шира выглядит как совершенно молодой район, с новыми домами. Казалось бы, за эти два года жители уже должны полностью обустроиться и привыкнуть. Но, по словам погорельцев, такое забыть нельзя.

«Пожар был очень сильный. То, что было показано по телевизору, не сопоставить с тем, что было на самом деле. Тут вообще ужасы были. И вообще четверть Шира сгорело. Тут остались только одни трубы, да головешки», – вспоминает погорелец Иван Косович.

Когда 12 апреля Шира поглотил огонь, Иван Васильевич был на вахте. Когда вернулся, дома уже не было, остались только стены гаража. В новое жилье на старом месте он с женой заехал в феврале 2016 г. До этого ждал, пока постройка просохнет. Спустя полтора года он так к ней и не привык, все помнит о старом крове. И сейчас заново его возрождает. Но уже сам, без помощи государства.

«Я строю себе деревянный дом, потому что в этом жить тяжело, тем более под старость лет. Деревянный дом все равно лучше. В этом доме даже когда холодно в квартире спать невозможно, дышать невозможно. Не хватает воздуха», – рассказывает Иван Косович.

Татьяне переезжать пришлось сразу, как только отдали ключи. И сразу такая спешка дала о себе знать. Чтобы подготовиться к зиме, Татьяна за свой счет начала превращать дом в родной. Например, заменила полы, потому что старые буквально цвели плесенью под линолеумом.

В день пожара Татьяна была дома. Но спасти не успела ничего – так быстро пламя сравняло дом с землей. И не только дом, но еще все постройки: сарай, летнюю кухню, баню. И все хозяйство: огород, коров, куриц, кроликов, кошек и собаку.

«Потеряли все, включая дом, хозяйство, все постройки. Морально потеряли много. Тяжело это очень обошлось. Все, что наживали, все потеряли в течение получаса. Привыкать тяжело к таким стенам, сырым холодным» – рассказывает Татьяна Терских.

За несколько дней до пожара внучка Татьяны принесла домой щенка Кристофера. Его успели спасти. Сейчас он как талисман на новом месте.

Выбора у жителей и Шира, и Стрелки, и Канска особо нет. Не каждому по силам строить жилье за свой счет.

Выход – привыкать к тому, что есть. Многие сейчас говорят: «Да что эти погорельцы так вредничают. Им дома построили бесплатно, а они еще и жалуются».

Пожалуй, на такое мнение ответить могут только эти погорельцы. Те, кто прошел через огонь, а сейчас возрождается из пепла.