«Ничто талантливое, яркое, живое в сегодняшней России существовать не может»: журналисты и критики о «закрытии» «Гоголь-центра»

2744

30 июня


Режиссер Кирилл Серебренников заявил о закрытии московскими властями «Гоголь-центра». По его мнению, все из-за репертуара и протеста труппы против спецоперации. Однако в департаменте культуры отметили, что речь о закрытии не идет: театр им. Гоголя, каким «он по документам и остается», просто сменит руководство. Однако в сети поднялась волна осуждений: известные деятели культуры заявили о «смерти» театра. «ТВК Красноярск» собрали мнения журналистов, критиков и театральных деятелей о кадровой перестановке в «Гоголь-центре».

«Ничто талантливое, яркое, живое в сегодняшней России существовать не может»: журналисты и критики о «закрытии» «Гоголь-центра»

Антон Долин, журналист, кинокритик: «Закрыли “Гоголь-центр”. Лучший московский театр. Самый свободный. Самый честный. Там я себя чувствовал как дома. Остаться без дома – это жуткое ощущение в последние месяцы стало привычным, почти банальным.

С другой стороны, логично. Что ж им еще закрывать».


Демьян Кудрявцев, предпринимать, бывший гендиректор «Коммерсант-Холдинг»: «Алексей Агранович, Кирилл Серебренников, Аня Шалашова, Настя Голуб, Женя Кулагин, Никита Кукушкин, бывшие и нынешние, дорогие и незнакомые, совершенно не нуждающиеся в моей поддержке, в моей уверенности, что все у вас будет прекрасно, ведь лучшие сцены и закулисья мира открыты для вас и давно – это я, я нуждаюсь в вашей поддержке, в нашей взаимной (только в театре из всех искусств существующей) одновременности недолговечной любви между зрителем и создателем, между творцом и свидетелем, которую не разрушит, не отнимет, никакой следователь, никакой чиновник, никакой обыватель и местоблюститель. И не создаст. Спасибо вам».


Андрей Плахов, кинокритик, киновед: «"ГОГОЛЬ-ЦЕНТР" остался в истории. Больше нет лучшего театра Москвы. Сегодня, в этот тяжелый день, нанесен еще один удар по культуре. По той оппозиционной культуре, без которой одичание страны будет идти скоростными темпами.

Народный артист России Сергей Никоненко выступил с призывом закрыть "Гоголь-центр": “До меня дошел слух, что выходят на сцену голые бабы, голые мужики, болтают глупости в зрительный зал. Ну что это такое? Я бы не хотел прийти на такой спектакль со взрослой дочерью”.

Запрос народных маразматиков удовлетворен. Дочки, внучки и правнучки никоненок вне опасности».


Ксения Ларина, журналистка, бывший обозреватель «Эха Москвы»: «Слухи о смерти трех театров оказались правдой. “Гоголь-Центр” все. Уволены худрук Агранович и директор Кабешев. Взад вернули театр Гоголя. Главным назначили режиссера Антона Яковлева, сына Юрия Яковлева, когда-то подавал надежды, звезд с неба не хватал, послушный, лояльный.

“Школа современной пьесы”. Уволен Иосиф Райхельгауз. Не просто худрук – а Основатель театра. Иосиф всю жизнь пытался лавировать между струй, пытался и лицо сохранить, и властей не раздражать. У него Кибовский был лучшим другом и почетным «артистом». У него замом всю жизнь работала Кретова Катерина, известная патриотка и лоялистка, гроза либералов и могильщик современного искусства. Райхельгауз даже запутинского Гордона терпел много лет. Но Райхельгауз одессит и заукраинец. И никогда не скрывал этого. Я даже рада, что они его уволили. Я рада, что они его не превратили в дерьмо, не заставили его целовать кремлевские вонючие галоши.

Новым худруком театра назначен Дмитрий Астрахан. Про которого вообще нечего сказать, кроме того, что Райхельгауз когда-то пригласил его поставить у себя спектакль.

“Современник”. Уволен Виктор Рыжаков, которого назначили после смерти Волчек. Рыжакову было невероятно трудно. Сначала всякие гармаши воду мутили. Потом проект “Диалоги о войне” посчитали глумлением и очернением великой победы. Потом спектакль “Последний хлеб” стал мишенью для всяких путинских штурмовиков. Рыжаков чужой был с самого начала. Вся его команда, которую он собирал в Центре Мейерхольда (на своем прежнем месте работы), уволилась из ЦИМа очень скоро после начала [спецоперации]. Он всегда знал, что он чужак. Человек, поставивший спектакль “Прокляты и убиты”, не мог присягнуть [спецоперации]. “Современнику” пока никого не назначили, но не удивлюсь, если воткнут туда Гармаша, этот ржавый гвоздь, этого страшилу мудрого без мозгов и совести.

Я пишу все это без черновиков, просто набираю слова, которые прямо сейчас приходят. Хочу сказать, что безмерно уважаю всех, кого сегодня московские власти (читай Кремлевские) вытолкнули взашей.

Презираю тех, кто принял приглашение стать мародером. Не будет вам ни счастья, ни удачи. И, конечно, в который раз удивляюсь молчанию сообщества. Вы же следующие будете, наивные, ничто вас не спасет. Среди вас почти нет “своих” для власти, думаете, власть не догадывается, что вы прикидываетесь? Им же не имитация преданности нужна, а Преданность. Вспомним Оруэлла, опять же.

“Сколько я показываю пальцев, Уинстон?

- Четыре.

- А если партия говорит, что их не четыре, а пять – тогда

сколько?..” (с)

PS. И не забудьте повизжать об отмене русской культуры. Погромче, чтобы заглушить имена убийц».


Анна Наринская, журналистка: «Закрыли “Гоголь-Центр”. Это вроде бы доказывает, что ничто талантливое, яркое и, главное, живое в сегодняшней России существовать не может. С другой стороны, это же доказывает, что это талантливое, яркое и, главное, живое в сегодняшней России есть.

Совершенно поразительно (и важно), что последний спектакль “Гоголь-Центра” называется «Я не участвую в войне». Это постановка Алексея Аграновича по стихам Юрия Левитанского. Я счастлива, что имею к этому спектаклю отношение.

Для меня “Гоголь-Центр” – осуществление глуповатого сочетания слов «прекрасная Россия будущего». В применении к ГЦ оно теряло свою глуповатость и становилось просто констатацией – вот такая она и есть, эта будущая прекрасная Россия: молодая, резкая, талантливая, смелая, любящая свою культуру, но не трепещущая перед ней, открытая миру.

Гоголь-центр был местом, где такую Россию давали нам ощутить».


Яна Бельская, журналистка, главный редактор интернет-портала «Кабельщик»: «Кирилл Серебренников сообщил о закрытии “Гоголь-центра”. И чтобы дважды не вставать – в Департаменте культуры решили поменять название на Театр им. Гоголя, назначить туда новым начальником товарища филимонова из Главного управления свободного времени. И научить, наконец, граждан правильному. Красиво, чо».


Марина Давыдова, театральный критик, главный редактор журнала «Театр»: «Пока на Украине идет [спецоперация], в России совершается "культурная революция".

Предлагаю подвести некоторые (промежуточные) ее итоги.

В российском театре больше не работают: Кирилл Серебренников, Дмитрий Крымов,Римас Туминас, Миндаугас Карбаускис, Тимофей Кулябин, Максим Диденко, Филипп Григорян, Семен Александровский, Илья Мощицкий, Ксения Перетрухина, Вера Мартынов, Михаил Дурненков, Ася Волошина, Саша Денисова, Чулпан Хаматова, Юлия Ауг, Анна Абалихина, Александр Вартанов, талантливого и мужественного Сергея Левицкого не только уволили, на него завели "дело", ЦИМа, каким мы его знали и любили, больше нет, выход журнала “ТЕАТР” приостановлен, Дениса Азарова выдворили из худруков Театра Виктюка, едва успев туда назначить, Виктора Рыжакова "ушли" из "Современника", у Иосифа Райхельгауза отняли им же самим созданную “Школу современной пьесы”, а сегодня в Москве уничтожен один из лучших театров Европы с уникальной труппой и грандиозным репертуаром – "ГОГОЛЬ-ЦЕНТР"!

Зачистка, как несложно догадаться, будет тотальной, но впечатляет скорость, с которой она происходит. Даже товарищу Сталину, чтобы уничтожить русский авангард, понадобились годы, а нынешние хунвейбины с помощью своих анонимных телеграм-дацзыбао управились фактически за несколько месяцев.

Они наверняка не только получат за это тринадцатую зарплату, но и будут гореть в аду. Хорошо бы поскорее и поярче».


Арина Бородина, радио- и телеведущая: «Лучший театр, каких больше нет».


Вадим Востров, журналист: «Какие все-таки скоты».


Александр Архангельский, литературовед, публицист, литературный критик: «Любимов, изгнанный навсегда, вернулся, когда жизнь переменилась. И Серебренников вернется, когда жизнь переменится. Неважно, где он при этом будет жить; важно, что и здесь он тоже будет ставить. А те, кто метнулся им на замену, исчезнут. Точно так же, и Рыжаков, и Агранович, и Марина Давыдова, и Антон Долин останутся единицами, как осталась единицей Инна Соловьева, а их уничижители – нулями. В том же кругу театрального ада, где пребывает какой-нибудь трижды орденоносец трудового красного знамени Абалкин. Ну, каждый сам делает свой выбор».


Женя Беркович, актриса, режиссер «Гоголь-центра»: «А вот знаете, что. В увольнении Аграновича, Кабешева, Рыжакова, кроме очевидного ужаса, есть и прекрасная и очень важная составляющая.

Так мы в очередной раз можем увидеть, что есть еще путь, кроме как делать, говорить, думать, как велено, иначе потеряешь театр. (Ну или не театр, подставьте нужное).

Что есть люди, которые на такое не согласны. Институции закроются или изменятся до неузнаваемости, а люди уйдут, но останутся собой. Театр можно убить, но если люди, которые его делают, не предают себя, то их театр вырастет в другом месте. В другой форме, в другое время, но прорастет. Потому что они уходят живые и уносят семена с собой.

А тот, кто по куску отрезает от себя, чтоб удержаться на своем месте и сохранить свои стены, рано или поздно потеряет свой театр по-настоящему, и себя вместе с ним. И там ничего уже не вырастет, на этой выжженной земле. Потому что им будет нечего сеять, сколько ни поливай деньгами, милостями, властью.

Дорогие Алексей, Алексей, Кирилл, Аня, все, кто делал ГЦ, Виктор Анатольевич и его команда, спасибо вам. Все еще прорастет. В долгой перспективе трава всегда сильнее асфальта».


На заявление Серебренникова и Департамента культуры также отреагировали зрители и подписчики театра. В соцсетях пользователи писали:

«Закрыт театр. Настоящий. Исренний. Частный. Смелый. Про жизнь. Про каждого из нас. Не из новостей. Когда каждый день не шаг вперед, а 2 шага назад»,

«Боль, злость, страх, отвращение»,

«успели на премьеру “Берегите ваши лица”, но еще столько всего не успели посмотреть. Очень грустно и больно»,

«Надеюсь, придет время, и вы снова распахнете свои двери»,

«Самый удивительный, самобытный, прообирающий каждый раз до мурашек театр,  в котором я когда-то была»,

«Спасибо ГЦ за все! За честность, актуальность, искренность. За то, что всегда оставались людьми и верны себе! Спасибо за новое понимание русского театра. Спасибо за свободу!».